achulik (achulik) wrote,
achulik
achulik

Ангелов Хранителей нам посылают небеса...

    

АНГЕЛ ХРАНИТЕЛЬ

Генерал Арцу сурового нрава и беспредельной храбрости человек любил в своих подчиненных бесстрашие и слепую веру в своего командира, которого в любом сражении вела Победа. Он не был человеком сентиментальным, но этот мальчишка….



Арцу вспомнил, как после сражения при Зивине, в составе Действующего корпуса, его всадники обратили в бегство, превосходящих по численности турок. Но тот в целом для корпуса не удачный поход перешёл во временное отступление к Российской границе. Встречные селяне  братским теплом встречали своих освободителей. А иррегулярная кавалерия кавказских милиционеров, которой командовал Арцу, всегда привлекала толпы зевак. Лихие наездники в папахах и бурках вызывали восторг особенно у подростков.

В одном из селений к Арцу подошёл юноша и заговорил, подбирая русские слова:

- Генерал, возьми меня на службу!

Арцу оглядел стройного, невысокого юнца. Взглянул в красивое смуглое лицо и черные глаза, в которых тысячи чертей жгли костры. Никогда Арцу не видел таких озорных, искрящихся глаз. Он вспомнил своих детей, оставленных далеко на Родине, и суровый взгляд его отечески потеплел:

- А что ты умеешь делать? – с улыбкой спросил генерал.

Юноша обратился к спешившемуся рядом с Арцу всаднику:

- Дай ружьё!

Всадник недоуменно посмотрел на генерала.

- Дай, мальчишке ружье, - сказал Арцу, все более увлекаясь происходящим.

Юнец ловко подхватил ружьё «Снайдера», взвёл курок. Неожиданно выхватил из корзины стоящей рядом жительницы селения большой пузатый перец, подбросил его вверх и тут же выстрелил. Перец взорвался красным фонтаном брызг. Гул одобрения и восхищения пронёсся со стороны всадников.

- Молодец! – весело воскликнул Арцу, и добавил, - и наездник ты, наверное, лихой?

«Да, - опять погрузился в свои воспоминания Арцу, - этот мальчишка оказался и наездником и воином лихим и отважным».

И пятидесятилетний генерал привязался к нему, как к родному сыну. Был с ним строг, но тепло отеческое не спрячешь. Во всех боевых действиях, этот мальчишка был рядом со своим генералом, лихо и смело летел на неприятеля с шашкой наголо и с залихватским гиканьем. И Арцу порой ловил себя на мысли, что, сражаясь с турками, он постоянно контролирует и старается прийти на помощь молодому болгарину. Арцу даже имя мальчишки напоминало что-то, что близко к сердцу – звали его Драго.

В августе 1877 года турки укрепились на Аладжайских высотах и приостановили продвижение российской армии к Стамбулу. Командующий Действующего корпуса генерал Лорис-Меликов требовал от своих подчинённых активных действий.

На рассвете восьмого августа Арцу с чеченской милицией и охотниками кавалерийских частей неожиданно для турок напал на передовой лагерь турецкого паши Субботана. Турки, застигнутые врасплох, тем не менее сопротивлялись ожесточенно. Но дрогнули под натиском кавказской конницы и нижегородских драгун.

Передовой отряд с Арцу ворвался в расположение начальника турецких аванпостов Решид – Бея и неустрашимые всадники повергли в шок закалённых в боях османов. Такого напора и таких воинов им ещё не доводилось видеть. Сам Арцу с кинжалом и шашкой рубился, что называется не жалея живота своего. Груда неприятельских тел была его дорогой к победе.

Боковым зрение он постоянно держал связь с Драго. Но вот, в какой-то момент, когда Победа уже держала в руках лавровый венок, интуиция старого воина подсказала Арцу: «Я вижу смерть твою!». Генерал обернулся и увидел высокого, хорошо сложенного турка в яркой красной феске и синем офицерском сюртуке. Чёрные глаза турка излучали спокойствие и ненависть одновременно. В руках он держал револьвер, нацеленный в генерала. Время остановилось. Арцу увидел палец турка, нажавшего курок. Увидел пулю неотразимо летящую в генеральскую грудь. Но в следующее мгновенье турок исчез, а перед Арцу неожиданно появился Драго, который дернулся, словно от удара в спину, вскинул голову и упал в объятья Арцу. Ладонями, обхватившими падающее тело, Ацу ощутил горячую влагу на спине Драго. Тело юноши обмякло. Арцу опустил его на землю и взглянул на ладони. Они были красными от крови. Свирепая ненависть налила мышцы генерала нечеловеческой силой. Он звериным броском напал на турка, ударом кулака лишил его сознания, как оказалось самого Рашид – Бея. Затем Арцу вернулся к Драго, поднял тело юноши на руки.

Захватив пленных, в числе которых был и начальник аванпостов Рашид – Бей, лошадей и оружие генерал с дружиной вернулся в расположение своей части Курюк – Дара.

Арцу стоял у палатки полевого госпиталя и молился за смертельно раненого Драго. Вышел седой русский военврач, подошёл к Арцу и сообщил:

- Идите, проститесь, она умирает.

- Что, - воскликнул Арцу, - кто она?

- Успокойтесь, генерал, да, это девушка.

- Вы сошли с ума!? – то ли спрашивал, то ли утверждал Арцу.

- Я осматривал и обрабатывал её рану. Я не слепой и не сумасшедший, генерал, это девушка.

Арцу рывком откинул полог палатки полевого госпиталя и упал на колени перед кроватью, на которой лежал Драго:

- Что же ты наделала, дочка? – спросил с надрывом и дрожью в голосе генерал.

Драго открыл глаза, вспыхнули тысячи огней, но свет был тусклый потусторонний, бледное лицо осветилось красивой, но печальной улыбкой.

Драго едва слышно прошептал:

- Я бы очень хотел быть вашим сыном, - и чуть тише продолжил, - дочкой.

Затем улыбка погасла, и маска смерти накрыла милое лицо.

Генерал зарыдал, ему не было стыдно своих слёз, ему было нечеловечески больно.

На следующий день с повозкой приехал угрюмый пожилой болгарин дедушка девушки.

-А где ее родители? - спросил Арцу.

-Турки башибузуки убили во время восстания в 76 году. Сирота она, - хмуро ответил дед.

Тело положили на устланную соломой повозку. Генерал снял с себя и прикрепил к груди Драго Орден Святого Георгия, и накрыл тело девушки своей белой буркой. Обнял деда девушки, высказал слова соболезнования и благодарности, передал кошелёк с золотыми червонцами.

-Похоронишь героя с почестями, - грустно и устало сказал Арцу.

Все всадники генерала встали по стойке смирно и отдали честь отъезжающему в мир иной боевому товарищу.

- Как звали дочку – то? – спросил тихо деда Арцу.

- Ангелина, - ответил тот.

Генерал долго стоял и смотрел в след удаляющейся повозке.

- Драго – дорогой, драгоценный, - шептал он в горестном раздумье, - Ангелина – Ангел мой Хранитель.


Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 4 comments