achulik (achulik) wrote,
achulik
achulik

Вечерний, несказанный свет.

Душа Елизаветы.

- Это была Дева Мария, и она вела за руку карлика, - печальный голос Елизаветы обнажал беду.

- Мама, это сон. Ты же сама говорила, что молитва меняет судьбу. Ты помолись, и печаль минует нас.

- Нет, дочка, есть печали неотвратимые, я видела слезу на щеке Богородицы, - вздохнула тяжко-горько Елизавета.

Вскоре беда проявила страшный сон. Брат Виктории погиб мгновенно, гололёд дыханием смерти унёс его машину на встречную полосу. Жуткая черепно-мозговая травма и переломанное тело печальным карликом шло по небесам, ведомое Девой Марией.




***

По проселочной дороге, осыпаемая трауром солнечных бликов сквозь решето парящих крон деревьев, Виктория тяжело шла к родовой избушке, где одиноко жила мать.

Елизавета в черном вдовьем обряде стояла перед иконой и молилась.

- Я все знаю, - отрешенный голос потоком слез обрушился на Викторию, она зарыдала.

Елизавета обняла дочь:

- Уезжайте из города. Зови Николая, своего суженого, живите в моем доме.

- Мама, а жить на что? Здесь нет работы.

- Земля кормит, а не асфальт, - осуждающе покачала головой Елизавета.



***



Намоленная веками икона родительского дома, с тёмным строгим лицом Девы Марии, несла благодатное тепло в холодную бетонную душу городской квартиры Виктории.

Икона никогда не покидала деревенской избы, но фантом образа с красного угла за реальным светом отражался в глазах женщины.

- Дева Мария сызмальства ведет меня, - объясняла дочери Елизавета. – Помню в голодные тридцатые брела домой слякотной осенней дорогой. Сама была девяти годов, а все думы о братике меньшем -лежал бедняга от голода опухший, смерть за ним приглядывала. Плачу и шепчу молитву: - Боженька, Пресвятая Богородица, пошли мне денежку, куплю я молочка и хлеба, накормлю братика. Глянула вниз на дорогу и глазам своим не верю, под ногами денежка. Купила молока, хлеба, ожил братик.

А то в войну было. Фашисты заперли женщин с детьми в сарай, сжечь заживо намеревались, и плакали мы и молились, я Деву Марию просила, и вдруг в темноте лаз под сеном засветился, не людьми открытый, это точно, кого пуля не достала, сбежать сумели, и я вместе с ними.



***



Материнская изба, грузно присевшая от времен в землю, желтыми от старости тесаными брёвнами отдавала внутри затхлой сыростью у основания половых досок распущенного широкоствольного дуба.

Виктория вошла в избу и поразилась новым ощущениям. Вкус увядающей жизни стен и вещей сменился чем-то волшебным, вечным.

Мать лежала на невысокой перине, пригласила ласково:

- Приляг рядом, доченька.

Дочь послушно исполнила просьбу.

- Ничего не замечаешь? – спросила Елизавета.

Виктория явственно ощутила, услышала тонкий, высокий аромат мирры в резонансе с густым, низким запахом ладана, словно молитва звучащий в сознании.

- Что это, мама?

- Знак, милая, что уж скоро прогнётся свод небесный и коснется моего порога, и душа моя сойдёт на небеса.

Комок полынной горечи перекрыл горло Виктории, слёзы задрожали на ресницах.

- Не говори так, мама, - едва слышно прошептала она.

- Всему свой срок, - ласково ответила Елизавета, - погостила, хватит, брат твой тоже скучает без матери, и отец твой и мои родители…

Виктория обняла её, мокрым от слёз лицом прижалась к материнской груди и приглушенно шептала:

- Я знаю, что это когда то случится, неизбежно, мама, умоляю, если будет возможность, дай знак, что вы там счастливы.

- Знаешь, дочка, я хочу умереть в день теплый и солнечный, и чтобы цвели цветы, много разных цветов.

Виктория поднялась с постели.

- Мама, прошу тебя, не говори о смерти. Поживи, пожалуйста, подольше ради нас, ради внука.

- А внучок-то когда вернётся из Таиланда?

- Мама, он хочет остаться там жить. У него подружка появилась, красивая тайка.

- Ты видела ее?

- Да, мы разговаривали с ними по Скайпу. Она уже два слова говорит на русском – мамА, папА.

- Скажи Алёшке, бабушка хочет, чтобы он вернулся и жил с родителями.

- Мама, это его жизнь, это его выбор.

- Нет, милая, нельзя отпускать детей далеко. Одиночество старит родителей, он должен это понять. Не вернешь ты, я верну его домой.

Виктория улыбнулась и вышла во двор.

Ранняя весна солнечным теплом отогревала черную спящую землю. Клубы прозрачного пара, придавленные холодной лазурью небес, голубой плазмой окутали дом. Он светился таинственным светом.

Пёс Дружок у будки, виляя хвостом, тянулся к Виктории, оттягивая ошейник истонченной, истертой цепью, кованной в старину деревенским кузнецом.

Виктория присела рядом, лаская густошерстный загривок собаки. Шероховатый язык Дружка лизал ладони. Неожиданно пёс вздрогнул, испуганно скосил глаза куда-то поверх головы Виктории и замер, поджав хвост.

Женщина оглянулась, ничего не заметив:

- Что, опять враги незримые явились? Не могут смириться с чистым островком на засеянной ими грехом земле? Не бойся, Дружок, они всегда там, где обитель Ангелов, озябли несчастные, греются благостным теплом.



***



Полноголосое лето на крыльях ласточек заполнило цветущий сад Елизаветы.

Виктория оставила работу, ушла в отпуск, и постоянно находилась рядом с матерью, которая уже неделю, как не вставала с постели.

- Мама, что у тебя болит?

- Ничего не болит, милая, просто время подходит.

- Мама, давай, Николай отвезёт тебя в больницу?

- Дочка, в моём возрасте в больницу ложатся умирать. Я хочу пожить пока в своём доме.

Летняя гроза кривыми пальцами дождя стучала в окно, подсвечивая чёрное лицо ночи лазерным светильником молний.

Ранним утром Елизавета встала с кровати и принялась собирать бельё в плетеную авоську.

- Мама, - изумилась Виктория, - что случилось?

- Отвези меня в больницу, доченька.

Слёзы потекли по щекам Виктории, зубы спаялись, отнялась речь. Она молча помогала матери собирать вещи.

***

Отпуск закончился, и Виктория металась между работой и больницей.

- Не суетись, дочка, - ласково говорила Елизавета, прикованная слабостью к постели, - всё идёт своим чередом. Ты лучше запомни, что я тебе говорила на счёт внучка Алёши, он должен быть рядом, у тебя, кроме него, никого нет.

***

Раскрытые настежь окна больничной палаты обменивались зноем улицы и комнаты.

Елизавета спала. Виктория присела на стул рядом с койкой.

- Виктория, - услышала она тихий шепот соседки по палате, пожилой женщины Марфы. – Вчера ночью ваша матушка приподнялась с кровати, протянула руки к окну и позвала: «Матушка».

Болью сжалось сердце Виктории, она приложила указательный палец к своим губам, призывая соседку молчать, и глянула в лицо спящей Елизаветы, из уголка глаза матери покатилась одинокая слеза.

Виктория уговорила лечащего врача, и он разрешил ей ночевать на кресле рядом с кроватью матери.

Супруг Николай, днём навещавший родных, умолял Викторию дежурить по очереди. Но Виктория отрицательно качала головой, погруженная в горестные раздумья.

Двадцатого июля, под «Казанскую Божью Матерь», Елизавета счастливо ожила, присела на кровати, улыбалась:

- Всё хорошо, доченька, - ласково успокаивала она Викторию.

Надоедливый сотовый телефон напомнил Виктории о работе. Главный бухгалтер просил её подъехать разобраться с документацией.

- Езжай, доченька, что тебе прикипать к моей больничной койке?

- Я быстренько, мама, - сказала Виктория, поцеловала мать и поспешно вышла из палаты.



***

Виктория, нагруженная цифрами, разгребла бумаги, подготовила отчёт для начальника. Зазвонил сотовый. Голос племянника сообщил:

- Мы в городе. Ты где? Мы заедем за тобой, хотим навестить бабушку.

- Хорошо, - обрадовалась Виктория, - я как раз заканчиваю работу.

Она вышла на улицу. Неистово ярко светило солнце, встречая «Казанскую Божью Матерь», как никогда многокрасочно цвели цветы на ухоженных городских клумбах.

Какое-то тревожное, неясное воспоминание укололо сердце Виктории. Снова призывно завибрировал сотовый телефон, звонил Николай:

- Ты где? - спросила его супруга. – Приехал племянник, мы сейчас едем в больницу.

- Виктория, я не знаю, что меня заставило, но я почему-то сам поехал в больницу. Я в палате. Любимая, я сейчас с тобой рядом, ты только, умоляю, не плачь! Постель мамина уже заправлена, она умерла….

Рыдающая Виктория умоляюще смотрела на Марфу, соседку по палате матери.

- Расскажите, пожалуйста, как это произошло?

- Я дремала. Вдруг услышала, как хлопнула створка форточки. Открыла глаза. В палату влетела ласточка. Ваша матушка сидела на кровати, солнце её заливало, она аж светилась вся и звала: - Матушка, матушка…

***

Похоронили Елизавету, как она и просила, в теплый солнечный день, утонувший в аромате цветущих цветов и разнотравья.

***

Виктория и Николай по Скайпу связались с сыном. Алёша с полными глазами слёз слушал рассказ матери о смерти бабушки. Тайская подружка трогательно кривила губки, глядела на любимого, обнимая за плечи, готовая расплакаться.

- Мама, - произнес тихо Алёша. – Нари вчера ночью видела сон. Она рассказала, что бабушка приходила к ней.

- Она же никогда не видела её, - изумлённо воскликнул Николай.

- Она описала её внешность так точно, и место, и природу, и церковь, что я не сомневаюсь уже.

Бабушка повела её на кладбище у церкви и показала свою могилу. Она сказала Нари, что надеется на неё и меня, и мы будем навещать её могилу, ухаживать за ней.

Виктория слушала, и тепло изнутри наполнило тело, она улыбнулась.

«А душа мамы уже слетала в Таиланд»,- подумала она.

***

Двадцать восьмого августа в день «Успения Богородицы» на сорок дней поминок Елизаветы все родные собрались в её деревенском домике.

Застольные печальные разговоры, менялись теплыми улыбчивыми воспоминаниями жизни чистой души матери.

А за печалью следом в избушку заглянула радость.

Из Таиланда вернулся Алёша со своей супругой.

Поздним вечером женщины мыли посуду, продолжая грустную беседу о бренности жизни.

В какой-то момент они, словно по единому велению, умолкли и замерли, прислушиваясь.

Откуда-то сверху послышался протяжный вздох облегчения.

- О - о – о – х….,- и распахнулась настежь форточка, и призрачная птица вылетела наружу.

- Это мама, - прошептала Виктория, - она рада, что мы все вместе и душой спокойной ушла на небеса.

Вышедший на крыльцо Алёша увидел, как над избушкой трепетным сиянием, растекался, растворяясь по небосводу изумрудным куполом ласковый и теплый лунотканный свет.

- Я вернулся домой, бабушка, - прошептал Алёша.


Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 5 comments